О театре

Пресса

Сквозь тернии к звездам. "Дикий" В.Синакевича

Анастасия Разгуляева, Театральный журнал "i" №4, 2016

Положение, в котором сейчас находится детский театр «Вера», иначе как «отчаянным» не назовешь. Их здание стоит, ожидая даже не ремонта пока, а только экспертизы. Труппа и декорации ютятся в общежитии гостеприимного оперного театра. Показы спектаклей проходят на самых разных, иногда совершенно не приспособленных для этого площадках – «Рекорд», ДК им.Орджоникидзе, музей-усадьба Рукавишниковых… Места и времени для репетиций нет совсем. В этих условиях выпуск нового спектакля сам по себе является чудом, а если он еще и хорош – остается только порадоваться за коллектив, способный творить чудеса в самые трудные дни.

Премьерный спектакль «Дикий» - это театрально-пластическая фантазия (или драматизированный балет) на тему известной сказки Г.Х.Андерсена «Гадкий утенок». История маленького лебеденка Карла, волею случая попавшего в чуждую среду напыщенных и жестоких домашних птиц, отзывается в душе многих из нас личной драмой самоидентификации в окружающем мире. Для чего мы приходим в этот мир? Для свободного полета или для того, чтобы стать супом в обеде третьих лиц – такой, совсем недетский вопрос ставит и решает этот спектакль.

«Дикий» производит удивительное впечатление. Там, где на спектакль оказывают воздействие внешние ограничения – создатели обходятся малым. Там, где их ничто не сдерживает – художественные средства богаты и действенны. В условный «пассив» (то есть то, что пришлось преодолевать) запишем площадку, декорации и освещение: спектакль изначально ставился под пространство бальной гостиной особняка Рукавишниковых, поэтому пришлось «обыгрывать» паркет, лепнину и дневное освещение, обойтись двумя ширмами вместо полноценных декораций, а также забыть о темноте и волшебстве луча прожектора.

Безусловным активом являются пластическое решение и костюмы, музыкальное оформление спектакля и, конечно, актеры.

Гостиная Рукавишниковых практически «навязала» режиссеру простое и изящное решение: птичий двор предстает перед нами европейским (испанским?) королевским двором, с его ритуалами, манерностью, чинными танцами. Композитор Марк Булошников создал соответствующую музыку: с одной стороны, выразительную, запоминающуюся, очень «придворную», с другой – деликатную, ненавязчивую и вневременную. Ритмы старинных танцев, мягкие, «птичьи» тембры деревянных духовых, звенящие звучности фортепиано и колокольчиков, наложенные на легкую битовую сетку ударной установки, создают не столько сказочную, сколько романтическую, даже какую-то кинематографическую атмосферу.

И этот, казалось бы, несерьезный антураж становится фоном для объемного, многозначного высказывания. Помимо проблемы нахождения себя, в спектакле поднимаются вопросы взаимодействия ребенка и социума. Сила общественного мнения, заставляющая родителей стыдиться своих «особых» детей. Сложность существования этих «особых» в мире так называемых «нормальных». Общественные условности и ритуалы, которые диктуют нормы поведения и внешнего вида. Проблема свободы, в конце концов. И все это – при минимуме слов, в основном пластическими средствами.

Замечательно, что при глубине ставящихся проблем спектакль не перестает быть детским – он просто становится многослойным. Чем старше зритель, тем больше он в нем «прочитает». Однако и старшие зрители радостно хохочут над узнаваемыми типажами птичьего двора!

Игровая природа спектакля очень свободна, очень близка детской игровой психологии. Актеры словно договариваются со зрителем: вот здесь мы будем как бы птицы, здесь мы изображаем и танцуем; а вот здесь мы говорим об универсальных вещах, это и про тебя тоже, зритель, здесь мы все – люди. Это отражается и на сценическом поведении актеров: то они ходят и общаются совершенно обычно, то, перевоплощаясь в своих персонажей, погружаются в мир пластической имитации. «Внутри» музыки, в танцевальной среде, лаконичными средствами создается основная художественная образность, характерные «птичьи» движения всех обитателей двора, очень точно подмеченные и схваченные постановщиком пластики Артуром Зиминым. Вот группа кур «ищет»: глаза вытаращены, головы свернуты набок, руки растопырены. Или группа самодовольных гусаков, синхронно «кивающих» шеями. Прекрасно передает важность и нервность индюка Дмитрий Суханов. Очаровательно неуклюжи юные утята – Мария Митрофанова и Александра Трушкина. Да что говорить! Все эти ролевые игры - источник искреннего удовольствия не только для детей и взрослых зрителей, но и для самих актеров.  Наименее пластически выразительным показался, как ни странно, главный герой – гадкий утенок Карл (Олег Юлов). Но его подчеркнутая нелепость, пожалуй, оправдана: смысловой фактурный контраст мощного телосложения и высокого роста актера с образом и движениями маленького неловкого птенца выделяет его из толпы других птиц. А борода символически изображает, видимо, клюв.

Изгнание из сомнительного птичьего «рая», путь испытаний, которые пришлось вынести маленькому Карлу, привели его к заслуженной награде: на краю гибели он нашел свой мир, сородичей и любовь. Пожалуй, именно бездомная «Вера» перед лицом своих напастей способна так пронзительно и достоверно в очередной раз напомнить нам всем о том, что настоящее счастье требует усилий, и что главные ценности нашего мира – это свой круг, друзья-единомышленники и возможность мечтать.

Удивительным образом этот спектакль адресован всем и любому возрасту будет интересен. Самые маленькие будут радоваться ярким пластическим картинкам птичьего двора, дети постарше будут вместе с Карлом решать, кто же он такой и переживать радости и трудности первой любви. Ну, а их родители в очередной раз спросят себя: летать или не летать?

Анастасия Разгуляева